search
top

Конкурс В. Нащёкина: часть 1.

А Вы - творческий человек? Узнайте об этом!

Итак, дамы и господа! Сегодня настал важный день! Перед Вами — первый конкурсный отрывок. Это — пролог романа «На крыльях Павшего Луча». Ваша задача внимательно прочесть отрывок и прокомментировать его. В качестве комментария могут выступать Ваши отзывы, критика или вопросы к автору. Больше информации об условиях конкурса Вы можете найти здесь. Будьте смелы, дерзайте и, быть может, именно Вы окажетесь обладателем книги Владимира Нащёкина!

На крыльях Павшего Луча

Часть1. Клерик Ордена Радуги

 

Пролог. Щедрость Императора

 

«Любовь – высший дар человека, позволяющий

даже рабу стать свободным»

Элорн Хоримский

«Люди – самые мерзкие чудовища, которых только видел свет:

в душе каждого живёт убийца, мечтающий

вырваться на свободу»

Верховный Инквизитор Ургаций

         Сотни, тысячи людей закричали от восторга, не в силах поверить в происходящее: на изумлённых зрителей падала, сверкая в лучах игривого солнца, настоящая щедрость.

Секунду спустя крестьяне и ремесленники стали подпрыгивать, пытаясь поймать вожделенные дары.

В тот день Арена напоминала гигантскую чашу, переполненную насекомыми. Зрители суетились как муравьи, занимая места.

Когда из внутренних камер на песок вышли по пояс обнажённые рабы, нижние ярусы взорвались бешеным рёвом. Многие крестьяне узнали соседей-кливийцев, с которыми до восстания торговали и обменивались товарами. Теперь мятежники превратились в дешёвых слуг, чтобы развлекать тех, против кого сражались лишь несколько дней назад.

Одна из внутренних камер раскрылась, из огромного провала послышалось шипение, вызвавшее настоящую бурю эмоций – зрители стали гадать и спорить, пытаясь понять, какое чудовище выведут на этот раз.

Через минуту вооружённые длинными посохами жрецы заставили появиться на Арене создание, от одного вида на которое побледнели даже бывалые воины.

Существо приподнялось на волосатых паучьих лапах, взметнуло фонтаны песка и щёлкнуло внушительными клешнями так, что по рядам зрителей прокатились крики ужаса. Затем ринулось на жрецов, которые хотели натравить чудовище на кливийцев, но перестарались и слишком разозлили. Служители проворно расступились, окружая себя сверкающими магическими щитами.

Скорпиук пролетел мимо, едва не задев одного из служителей покрытой длинными шипами лапой, но тут же проворно развернулся, вызвав крики ужаса у зрителей. Некоторые представители дворянства зааплодировали, посчитав такой поворот заранее приготовленным сюрпризом.

— Пока знать пялится на бойню, народ гибнет от чудовищ как мухи, — лейтенант Райлин, стоящий рядом с Верховным Наместником, скривился. Отправить бы пару вон тех толстосумов с верхних ярусов на корм чудовищу – вот это было бы зрелище, разорви меня острозуб! Ох и поплясали бы они!

— Помалкивай тут, — Наместник Холлинг огляделся, не услышал ли кто их разговор, но все оказались слишком поглощены зрелищем. – И помни всё, что я приказал: ошибок не прощу.

— А ты меня не запугивай, — рука воина нежно погладила рукоять меча. – Я обещал, что сопровожу тебя до Арены и потолкую с тем несговорчивым купцом, который, по твоим словам, не очень любит делиться, но на мутные делишки не подписывался. Думаешь, если руки по локоть в кровище разных ублюдков, то у меня нет убеждений? Это опасные мысли, Наместник – знаю двух баронов, которых нашли в канаве после того как они пытались заставить отказаться некоторых имперских офицеров от принципов.

— Дорогой Райлин, — Наместник незаметно коснулся перстня на правой руке, почувствовав исходящее тепло. – Уверяю, я как никто другой ценю принципы благородных императорских офицеров. Так ты поможешь мне? Разумеется, не нарушая свой священный Кодекс.

— Я? Да ты нахлебался яда гнилоеда, чтобы предлагать мне такое? – воин схватился за меч, но тут по его широкому лицу пробежала судорога. – Да-а… если Кодекс… то конечно… почему н-нет.

— Вот и замечательно, мой дорогой друг! Вот и замечательно.

 

Тем временем магистр жрецов взмахнул посохом, опуская на чудовище волшебную сеть, словно сотканную из удивительного ледяного пламени. Скорпиук присел, яростно зашипел, но сеть опутывала его, будто живой кокон.

По Арене прокатилась волна восхищения:

— Кончай его! Отморозь лапищи этой страхоморде!

— Да! Преврати в ледышку!

Затем случилось непредвиденное. Скорпиук сжался и ударил клешнями – сеть дрогнула, а через мгновение разлетелась тысячей ошмётков.

Чудовище раскрыло пасть и выстрелило липкой паутиной в молоденького жреца. Паренёк дёрнулся, закричал, но спустя секунду уже оказался перед разъярённым созданием.

Прежде, чем служители успели помочь, скорпиук схватил несчастного клешнёй. Раздался отчаянный вопль, от которой содрогнулись сотни зрителей —  затем жрец исчез в пасти гигантского насекомого.

Служители ударили десятком алых огненных стрел, но те лишь слегка заставили потемнеть прочный панцирь.

Чудовище зашипело и снова ринулось на жрецов. Магистр вскинул руки вверх и, пронзительно вскрикнув, ударил посохом, взметнув настоящий фонтан песка.

Посох заискрился, вспыхнул синим светом – через мгновение на скорпиука обрушились молнии, похожие на сверкающих змей, он попятился, щёлкая в ярости клешнями. Трибуны замерли в предвкушении развязки, а служители бросились назад, стараясь увеличить расстояние – никому не хотелось разделить участь младшего послушника.

 

Тем временем пленные рабы в центре Арены наблюдали за поединком, ожидая своей участи.

Лица большинства пленников не выражали эмоций, но в глазах самых юных участников отражалось отчаяние.

Канесу только два дня назад исполнилось шестнадцать, его отец погиб в лесу от разбойников, поэтому парень нанялся в охрану к знакомому трактирщику Шорвесу, чтобы зарабатывать на жизнь себе и матери. А когда имперцы пришли в Кливию, то спалили трактир и хозяина повесили как пособника мятежникам. Даже сейчас Канес не мог забыть эту картину: добродушный, всегда гостеприимный Шорвес болтался на дубе, ветер трепал седые, покрытые засохшей кровью волосы мужчины, а ворон клевал его правый глаз, раздирая щеку когтями. Ещё недавно красивое лицо трактрщика теперь напоминало жуткую маску.

Кто-то поговаривал, будто мятеж организовала кучка имперской знати, чтобы героически подавить его и прославиться перед Императором, а смуту свалить на каких-то мелких землевладельцев. Канес отдал бы всё на свете, чтобы оказаться на Арене против этих ублюдков.

Сейчас рядом с парнем стояли трое его друзей – Марен, старше самого Канеса всего на год, Люсий, с огромными детскими глазами и ресницами как у девушки, а также широкоплечий Рогли, который, не смотря на габариты обладал кошачьей ловкостью и мог одной палкой отлупить вооружённого имперского гвардейца, это Канес видел лично – правда, гвардеец не страдал самоиронией и приказал солдатам выкинуть храбреца на Арену в первых рядах. Остальных парень не знал и справедливо думал, что уже не узнает.

Любой из кливийцев с удовольствием поменялся бы местом со зрителями и поставил пару медяков, чтобы с улыбкой наблюдать, как здоровенный воин эффектным ударом прикончит похожего на свинью купца, или сидящего ярусом ниже стражника, который закрывал глаза на контрабанду оружия или наркотиков из Шоора. Любой кливиец хотел бы вернуться к семье, друзьям, обнять жену и детей, а потом рассказывать о самых ярких моментах представления.

 

Арена загоралась эмоциями и радостными воплями зрителей, пылала жаждой битвы, искрилась задором и предвкушением кровавого пира: воспользовавшись небольшой передышкой, служители сумели окружить оглушённое молниями чудовище. Скорпиук в бешенстве мотал жуткой мордой, щёлкал клешнями и шипел, как тысяча змей, но разряды продолжали жалить его, вынуждая отступать.

Один из старших служителей метнул сверкающее алое копьё – оно с хрустом пробило броню существа и вспыхнуло ярким, ослепляющим глаза пламенем.

Скорпиук отступил, но в его красных, полных ярости глазищах полыхнула такая ненависть, что на трибунах один из зрителей выронил лепёшку. Сидящие рядом крестьяне загоготали, показывая на неудачника пальцами.

Жрецы обрушили на гигантскую тварь дождь огненных шаров, стрел и молний, но лишь разозлили чудовище. Оно приподняло над мордой клешни, пытаясь загородиться от атак и…

Тут же выстрелило паутиной в потерявших бдительность служителей. Двоих опутало липкой смертоносной нитью. Злорадно заурчав, скорпиук потащил пленников к себе.

Магистр быстро вытащил из складок мантии бутыль со странной золотистой жидкостью и прежде, чем пойманные послушники оказались на расстоянии удара клешнёй, метнул сосуд в чудовище.

Склянка разбилась. А через мгновение по трибунам пронеслись восхищённые вопли: словно невероятный фонтан красочных огней вверх взлетели сотни, тысячи искр, которые стали соединяться в потрясающий по красоте Призрачный Меч.

Оружие описало круг над Ареной, вырастая в размерах, затем под рёв зрителей обрушилось на чудовище, разрубая его. Скорпиук выпустил паутину, нелепо поднял клешни вверх, словно прося Императора о милости, и рухнул на песок, истекая зелёной кровью.

Магистр поклонился зрителям – никто не заметил, как побледнело его лицо от напряжения битвы.

Когда служители скрылись во внутренние комнаты под аплодисменты зрителей, рабы выстроились в два ряда и стали показывать, почему имперской гвардии пришлось потерять значительную часть бойцов, прежде чем восстание в Кливии задохнулось.

Кливийцы знали, что шансов выжить у них немного, но Император иногда любил давать жизнь тем, кто больше других отличился в представлении, поэтому каждый участник цеплялся за эту возможность словно тонущий, который барахтается из последних сил пока лёгкие не наполнятся водой.

По рядам звонкой, нарастающей волной прокатились крики – новое зрелище обещало стать интересней фейерверка с монстром. Боевые посохи из железного дерева мелькали так, словно ожили, превратившись в неуловимых свободных существ. Танец обречённых рабов пугал и завораживал одновременно. Лучше всех работал Рогли – его посох стал парящей невидимкой, рисующей смертоносные узоры. Канес пытался не отставать от него, а Люсий охнул и чуть не выронил посох.

 

Император Ахав сидел на изящном троне, с улыбкой наблюдая за происходящим.

Сверху на Арену взирали величественные статуи из белого мрамора, изображающие легендарных крылатых воинов — аллурий. Казалось, ещё мгновение и создания взмахнут гигантскими крыльями, стряхнув каменную пыль, будто многовековой сон, а затем полетят над людьми.

Ахав не успел поднять руку, как стройная арофянка с поклоном поднесла серебряную чашу, а музыканты заиграли быструю мелодию.

Рабы закружились ещё стремительней, напоминая причудливых танцующих созданий. Только очень внимательный воин мог заметить: у каждого кливийца боевой стиль не походил на другие, поэтому движения пленников сплетались в удивительный рисунок.

Император с удовлетворением причмокнул и погладил своего любимца – огромное двухголовое создание с саблевидными клыками. Кошачьи глаза ирра сверкнули диким восторгом.

Музыканты тут же умолкли, словно повинуясь приказу невидимого дирижёра. Никто из них не горел желанием оказаться среди рабов, поэтому их учили выполнять приказы без слов.

Кливийцы выстроились в два ряда и поклонились зрителям. Некоторые дышали прерывисто, пот заливал их мускулистые тела. Другие пленники даже не вспотели, несмотря на проделанные виртуозные пляски.

Опытные мятежники понимали: нужно сохранить как можно больше сил до решающего поединка, тогда, возможно, появится шанс. Призрачный, неуловимый шанс выжить в этом бешеном представлении.

Арена замерла в ожидании знака.

Большинство крестьян застыли с выражением непередаваемого детского восторга на лицах, некоторые пожирали голодными глазами блюда, разносимые по верхним ярусам прекрасными рабынями-мулатками, привезёнными из самого Шоора. Мало кто задумывался, что в других обстоятельствах любой из них мог стоять на песке, отсчитывая последние секунды: жизнь простолюдинов в глазах знати стоила не дороже рабов. Может быть, поэтому зрелище так притягивало их?

Купцы с благоговейным трепетом взирали на Императора. Покровителя, Защитника и самого известного мясника в Северных Королевствах. Кое-кто почему-то схватился за кошельки, будто прикосновение к золоту помогало им забыть, какой ценой они искупили некоторые грехи.

Оллиндорф, один из богатейших купцов Империи, трепетом не страдал – он хищным взглядом ловил каждую деталь, каждую минуту боя, мечтая когда-нибудь повторить всё в лучших красках в своём имении.

Некоторые особо влиятельные дворяне строили виртуозные планы, прикидывая, на кого из рабов стоит сделать крупную ставку (рабыни грациозно порхали между верхними ярусами, записывая всё на пергамент), чтобы нанять лучших наёмников и разорить землю соседа набегами под каким-нибудь предлогом, а затем почти за бесценок присоединить к своему имению очередной кусок земли. Другие просто наслаждались зрелищем, глазели на рабынь, которых можно было перекупить на элитном аукционе или обсуждали с друзьями последние новости.

Император догадывался, какие интриги скрывались за каждой ставкой, за каждым жестом знати, но даже он не мог предугадать всего. За это Ахав и обожал Арену: она как безумный монстр заражала всех непредсказуемой жаждой убийства, раскрывая тёмные уголки души каждого зрителя, каждого участника.

О, да! Скоро начнётся самое интересное, зрители получат очередное представление, а песок напьётся кровью.

Император наслаждался моментом, предвкушая, сколько потратят восхищённые купцы на постройку новых Арен в разных городах, сколько новобранцев с горящими глазами побежит записываться в гвардию, чтобы когда-нибудь получить честь выступить под гром аплодисментов в качестве нового любимца публики – Охотника; и, наконец, сколько денег поступит в казну – разумеется, от самых утончённых и взыскательных ценителей искусства!

Но для этого всё должно пройти идеально. Жестокая расправа над восставшими поможет уменьшить недовольство в народе, а особо фанатичные кливийцы дважды подумают, прежде чем готовить новый бунт, ведь тогда через несколько Кровавых Песен во всей Кливии не останется мужчин, способных держать оружие. Весьма эффектная расправа над мятежниками, не так ли?

Ахав встал с трона, подняв правую руку. Императорский перстень сверкнул на солнце багровым цветом. Мраморные статуи по бокам выглядели как личные телохранители, готовые расправиться с любым наглецом, посмевшим смотреть на правителя без обожания и трепета.

Но тут сильное хлопанье крыльев нарушило благоговейную тишину: на миг показалось, что статуи взмыли вверх.

Зрители ахнули, задрав головы.

Выпущенные лучшими ловчими Империи огромные белоснежные птицы понеслись над Ареной.

Стая летела над изумлёнными людьми, не нарушая сложного рисунка в полёте. Невозможно было понять, как ловчим удалось так выдрессировать пернатых (видимо, не обошлось без магии карликов и других секретов), но они чётко выстроились в руну Гхемель.

Власть.

А с противоположных башен Арены взлетали всё новые и новые птицы. На этот раз они нарисовали в небе руну Тшеллас.

Свобода!

Когда крылатые вестники зависли над гигантской чашей Арены белым покрывалом, сквозь которое золотистыми клинками пробивались лучи солнца, по рядам прокатился вздох восхищения.

Крестьяне тянули руки, будто дети, мечтающие прикоснуться к чуду, кричали, а некоторые даже плакали от восторга. Купцы пытались хотя бы приблизительно подсчитать, в какое состояние обошлось казне такое минутное представление. Нахмурились только бароны и герцоги, догадываясь, что расходы придётся покрывать им, когда налоги увеличат в очередной раз.

Ахав поднял руку.

Стражники вытянулись в струнку. Арена тут же замолчала.

— Сегодня Великий Праздник, — сказал Император, обводя зрителей пронзительным взглядом. – Праздник Первых Песен в этом году, поэтому я приготовил нечто особенное для вас.

— Слава Императору!

— Да здравствует Ахав!

— Наш Повелитель!!!

Когда восторженный рёв утих, он продолжил:

— Мы начали долгий путь. Империя растёт, в этом заслуга каждого из вас: каждого крестьянина, сеющего хлеб, каждого ремесленника, который до захода солнца работает в мастерской, каждого купца или дворянина, поэтому мы объединены общей целью – сделать нашу страну сильнее, — казалось, от переполняющего пафоса Ахав лопнет. Император многозначительно улыбнулся. — Но наши враги не дремлют.

Благодаря отваге ламерийских воинов, нам удалось подавить мятеж в Кливии, наши соседи замышляли ударить в спину, чтобы разорить земли, захватить в плен детей и покуситься на самое святое — нашу свободу! – Ахав замолчал, выдерживая эффектную паузу, чтобы окончательно разогреть толпу.

Рабы с недоумением переглядывались, юные мятежники никак не могли понять, каким образом защита их родных земель от набегов ламерийцев могла означать «разорение чужих земель», «пленение детей» и уж тем более – «покушение на свободу». Вероятно, Император, со свойственным ему чувством юмора, посчитал отказ платить огромную дань покушением. Кливийцы постарше лишь усмехались и покрепче сжимали боевые посохи. Ветеранам всё было прекрасно понятно.

Рогли сплюнул, по его лицу забегали желваки. Канес осторожно сделал пару шагов, чтобы оказаться поближе к другу. Марен последовал его примеру, а Люсий захлопал красивыми ресницами, совершенно ничего не понимая – кто-то из крестьян загоготал и кинул в него яблоком, но промазал.

— Кто же наши враги? – закричал Ахав. — Кто ворует наш хлеб, кто попирает ногами наши святыни, кто уводит в рабство жён и детей? Вы видите их пред собой! Вот они!

— Мерр-ррзавцы! Воры! Убийцы! — заорали наёмники и многие воины, разогретые пламенной речью.

— Негодные осквернители! Еретики! — завопили благородные представители Ордена Инквизиции и кое-кто из жрецов.

Некоторые из рабов лишь нахмурились, другие заметно побледнели, третьи, самые опытные, поудобнее перехватили палки, понимая, к чему идёт дело. Очередная бредовая речь, чтобы завести народ.

— Смерть грязным кливам!

— Пусть умоются кровью!

— Да здравствует Ахав Справедливый!

Император вновь поднял руку, чувствуя, как народ начинают захлёстывать эмоции. То, что нужно, когда необходимо настроить толпу.

— Но мы не предадимся мести, как безумные звери, нет! Кливия – часть Империи! — пленники переглянулись, впервые узнав, что их страна каким-то совершенно непостижимым образом стала ещё одной марионеткой на карте Ахава. – Поэтому мы поступим справедливо: кливийцы, победившие в Первой Песне, получат свободу. Но для этого они должны искупить кровью предательство в честной битве с другими мятежниками!

Рабы вздрогнули от ужаса. Они думали, на них натравят львов, гигантских скорпионов или людоедов. Но как сражаться против своих соседей, друзей, родных?

По Арене прокатился дикий, оглушительный гул. Сотни, тысячи голосов сливались в громоподобный рёв.

— Свободу победителям, свободу-у!

— Пусть искупят кровью!

— Свобода и кровь! СВОБОДА И КРОВЬ!!!

Император взмахнул рукой, будто гениальный дирижёр, руководящий многотысячным оркестром. Стая пернатых созданий ринулась вниз.

 

— Пожалуй, сегодня Император превзошёл сам себя, — хмыкнул Наместник. – Он так их накачал, что это сборище идиотов готово ради него кинуться в пасть к дракону!

А мы не должны упускать этот момент, Райлин. Отправляйся в ту деревушку, ты знаешь, что делать. Верно?

— Конечно… Верховный Наместник… — глаза лейтенанта казались немного затуманены, но на фоне общего безумства это выглядело незаметно. – Я… не подведу!

Когда до самых верхних ярусов оставалось несколько метров, крылатые вестники плавно поднялись вверх, вызвав бурю аплодисментов. Затем птицы выстроились кольцом над нижними ярусами, где сидели крестьяне и ремесленники.

В клювах белоснежных фокусников что-то заблестело. Музыканты заиграли удивительную мелодию, под которую хотелось танцевать и смеяться. Птицы издали протяжный клич, а на удивлённых людей горящими в лучах солнца каплями посыпалась настоящая благотворительность. Искрящаяся, сверкающая, будто сокровища древних хромлов благотворительность со звоном золотых монет!

Люди вскочили, стали подпрыгивать, пытаясь поймать падающие кругляши. Крестьяне расталкивали друг друга, падали, вставали, кричали и хохотали.

В дальних концах Арены открылись камеры, выпуская троих скорпиуков, раза в полтора крупнее, чем недавний участник кровавого представления. Создания ринулись на собравшихся в центре кливийцев – в этот момент рабы осознали цену свободы Императора: если они не захотят превращаться в самоубийц, сражаясь друг с другом – их разорвут на части чудовища.

Канис сжал посох так, что побелели костяшки пальцев и неотрывно смотрел на Рогли, от которого сейчас зависело слишком многое, а он казался удивительно спокойным. Марен закусил губу до крови, но даже не чувствовал этого, следя за тем, как скорпиук сминает ряды рабов, словно крестьянин – снопы пшеницы.

Люсий всхлипнул и позвал маму – Канис не выдержал и отвернулся, чтобы не смотреть в его детские глаза.

Сверху сыпались всё новые и новые монеты.

Ахав стоял между мраморных статуй, напоминая древнего бога, сошедшего на землю ради кровавого пира. Сверкали огнём солнечные лучи. Зрители захлёбывались восторгом. Император улыбался.

Если в деревне всё пройдёт, как задумано – тогда первый Осколок будет принадлежать ему. А вскоре десятки, сотни миров Павшего Луча войдут в Империю, но если Наместник провалит задание – хаос обрушится на страну.

Ставки слишком высоки…

А пока есть время – пусть народ празднует и пляшет под звенящей Императорской Щедростью.

Внезапно гул и восторженные вопли стихли, Арена стала медленно таять, словно очень яркий мираж.

Оставались только птицы, они хлопали крыльями, парили над людьми и пронзительно кричали…

 

Если Вы разделяете деятельность ЛМО "Мир творчества, поддержите наш проект!
Благодаря Вашей помощи, мы воплотим в жизнь мечты ещё многих талантливых авторов!

Похожие записи


Комментарии:

44 комментария to “Конкурс В. Нащёкина: часть 1.”

  1. Alena:

    Неожиданно, но скорпиука я представила себе очень милым созданием с пушистыми лапками, большущими глазами и клешнями.
    Второе, на чем я заострила внимание — Наместник. Ах он врун! Он обманул Райлина! Это ведь гипноз? Внушение при помощи магии кольца?
    Третье. Мне очень понравился язык и способ повествования. Все очень легко, нет таких уж прям непонятностей, можно при желании подумать и додумать. Обожаю такой стиль.
    Ну, и четвёртое — чувство юмора у Императора не занимать)) А ещё мне пока непонятно, почему именно Павший Луч. Думаю, я это узнаю в следующих главах?
    Жду с нетерпением продолжения!
    Вдохновения и Музы!

  2. Владимир Нащёкин:

    Благодарю за бодрое начало и светлый отзыв — автор старался и, надеюсь, не зря трижды переписывал все 330 страниц, чтобы добиться нужного эффекта и подарить как можно больше эмоций читателю.

    1. Все скорпиуки очень милые и пушистые, если их вовремя кормить и чесать им пузико волшебным посохом, а если не вовремя, то…

    2. Наместник тот ещё кадр, и дело не только в кольце — но мы это поймём чуть позже. Или не поймём — авторы, они такие коварные порой :))

    3. Рад, что стиль понравился.

    4. Может быть, кто знает? А пока можно строить догадки — что же такое на самом деле павший Луч и какую роль он будут играть дальше.

  3. Анна У:

    1-Эпиграфы не соответствуют друг другу, и пока не понятно к чему такой контраст..
    2-слишком много деталей на такое количество текста..
    3-быстро скачите с одного персонажа на другой,пока меня чуть запутали..
    Но,что не говори,а заинтриговало название и герой в начале.Жду продолжения.

  4. Игорь:

    Прочитал и сразу подумал: «Panem et circenses или хлеба и зрелищ!» Еще древнеримские государственные деятели следовали этому принципу, чтобы путем раздачи денег и дармовой еды, а также кровавых представлений на арене Колизея удержать в повиновении готовый взбунтоваться по малейшему поводу плебс. Подкуп избирателей актуален и сейчас. Достаточно вспомнить массовые концерты с участием звезд эстрады в день выборов и бесконечные телевизионные шоу, призванные отвлечь наше внимание от реальных жизненных проблем. Все это до того понятно и знакомо, что уже набило оскомину. Поэтому сегодня хотелось бы поговорить не о политике императора Ахава, который, как и положено государственному деятелю, просто обязан использовать любые средства, чтобы удержать свою империю от распада, а об устремлениях его подданных. Как легко вчерашние соседи, друзья и торговые партнеры, ламирийцы и кливийцы превратились в зрителей и участников кровавой бойни, отделенные друг от друга лишь забором арены. «Смерть грязным кливам! Пусть умоются кровью!» — кричали одни, и с ненавистью сжимали свои боевые посохи другие. Где же сострадание, милосердие или справедливость? Неужели, никого не охватило омерзение от того, что сотни людей, которые просто хотели защитить свои земли и семьи, были брошены умирать на потеху толпе? Неужели, никто из зрителей не подумал о том, что в следующий раз на их месте могут оказаться они сами и за куда меньшие «прегрешения»? Так что же превращает вчерашних благовоспитанных подданных великой державы в беснующихся от жажды крови животных?

  5. Владимир Нащёкин:

    Анна, спасибо за отзыв и критику — эпиграфы по задумке не должны соответствовать друг другу, «вредный автор» хотел организовать контраст между ними для создания противоречиво-разделяющей атмосферы, чтобы сразу погрузить читателя в особенности мира и намекнуть на них, а также на моральные, драматические выборы, которые предстоит делать героям.

    2-3 — Спасибо, будем стараться прорабатывать тоньше в дальнейшем, если у остальных читателей и критиков возникнут похожие сомнения.

  6. Владимир Нащёкин:

    Игорь — ого, неужели подтягивается тяжёлая артиллерия?

    **Автор мысленно облачается в доспехи, чтобы постараться достойно ответить на отзыв.

    Возвращаясь к эпиграфам, стоит, на мой взгляд, поискать в них связь — если в стране вводят моду на просветление или духовное развитие, то многие неожиданно начинают рассуждать о «Любви как о высшем даре», а некоторые — даже помогать ближним. Но лишь меняется ситуация, и таинственные кукловоды незаметно дёргают за тёмные ниточки в душах людей, то у значительной части ещё вчера просветлённых вдруг просыпаются ранее дремавшие животные инстинкты. Начинаются травли и ссоры некогда одухотворённых друг с другом — и чем злее, тем моднее и пиарней, понтовей, если хотите. А любой, кто станет призывать таких к милосердию и состраданию рискует получить в лицо копьё — «Ханжа, моралфаг, лицемер, начинай с себя, не лезь в нашу уютную животную грызню — иначе и тебя…»

    Выходом из такой ситуации я считаю не призывы и лекции, они часто наоборот подогревают агрессию — а во-первых, постараться самому не подвергнуться незаметной манипуляции и эмоциональному зомбированию, как произошло со зрителями — и держаться от изощрённых манипуляторов как можно дальше. Иначе может случиться как с кливийцами на Арене — готовились к честной драке, а попали между двух огней.

    **Сегодня милосердие не модно — будем грызть друг друга жестоким гламуром, попсой и цинизмом. Завтра за это уже не платят — будем… пинать гламур и вздыхать о духовности, о тех, кого сами с аппетитом скушали, когда было модно. А послезавтра на символической Арене будут скармливать первых и вторых третьим — самым зубастым :))

    Надеюсь, мне хотя бы отчасти удалось донести это в прологе и при всём фэнтезийном антураже можно найти немного в том числе практической пользы, чтобы не попасть самому в подобную ситуацию в реальности.

  7. Татьяна:

    Очень тонко прослеживается грань между мистикой и реальностью. Читая отрывок, сразу вспомнился Древний Рим с его знаменитым Колизеем и лозунгом. Хотя если немного задуматься, то и сейчас весь мир, как Арена- не знаешь когда окажешься на месте кливийцев, а когда на месте знати или «карающих» жрецов. Начало книги очень интригует. Очень необычный стиль написания, но мне это нравится- потому что именно в таком стиле очень красочно описывается вся картина происходящего, вот мы смотрим на Арену с высоты птичьего полёта и через мгновение чувствуем презрение и порицание происходящего с позиции Наместника. Высота полёта мысли автора очень завораживает. Нужно уметь и в нашей жизни вот так смотреть на одно и то же событие( с разных ракурсов).Благодарю, Владимир, за столь интересный и непредсказуемый сюжет, с нетерпением жду следующего отрывка.

  8. Владимир Нащёкин:

    Татьяна, и вам спасибо — добро пожаловать! Надеюсь, следующие отрывки добавят эмоций :))

    **А пока наш скромный конкурс неожиданно набирает обороты, хочу спросить у всех — так что же такое, на ваш взгляд, Павший Луч и почему его крылья упоминаются? Готов даже учредить отдельную призовую номинацию за самую точную попытку!

    ***Ну что, кто будет следующим у нас?

  9. Таня В:

    Я не большой любитель фэнтази, скорее наоборот… Может быть что-то не понимаю в особенностях жанра… Но меня наоборот напрягло сходство с Древним Римом, буквально в каждой детали, вплоть до мелочей. Такое впечатление, что автор не создал новый мир, а просто взял ту эпоху и, несмотря на то что она и так полна своего, для нас экзотического, колорита наводнил еще и мистическими деталями, от чего повествуемое, лично для меня, в какой-то степени лишь утратило драматизм. И те произведения, которые я читала до этого, там создаваемые миры жили по каким-то своим законам, в которых надо было разобраться и мне это было интересно, а тут оно под чистую взято из той эпохи, я имею в виду описанное общество… Может быть в дальнейшем это будет оправдано…

  10. Владимир Нащёкин:

    Таня В, благодарю за критику и отзыв. Дело в том, что фэнтези как жанр и основывается, как правило, либо на кельтско-тевтонских мифах, как в случае с «Властелином Колец» и его бесконечными производными, либо на древнегреческих сказаниях. Реже — что-то иное, но тогда и создать сложнее, а времени нужно больше.

    Согласен, пролог по задумке отсылает нас к Древнему Риму, как уже отмечал Игорь, кстати — но по сути, есть немало и других реалий, которые непосредственно играют на сюжет — от магии, существ и культурных особенностей до дрессированных птиц, кидающих золото в бедняков, а поэтому сцены нельзя считать, на мой взгляд, полностью заимствованными из древнеримской культуры, ведь есть свои находки и фишки.

    С другой стороны, все историки подтверждают, что Империи похожи одна на другую, а императоры-диктаторы — на предшественников. Но если следующие главы вызовут у вас и других читателей ассоциации только с Древним Римом — автор готов пообещать в чём-то пересмотреть свой взгляд на серию и будущую, надеюсь, трилогию.

    А в целом надеюсь, что будущие главы помогут вам полюбить и в чём-то совсем по-другому взглянуть на фэнтези как целое направление — и dark epic (тёмное фэнтези) — в частности, потому что там много всего оригинального и любопытного, на мой взгляд.

  11. Татьяна:

    Мне произведение понравилось.Только, к сожалению, представлен короткий отрывок.Я только начала погружаться в мир фантазии, но неожиданно все закончилось.

  12. Владимир Нащёкин:

    Татьяна, рад, что понравилось. А отрывок для того, чтобы организовать конкурс и посмотреть его эффективность в динамике: если выложить всё сразу, то литкон закончится за день, а те, кто не успел прийти сразу, не смогут поучаствовать. Для того мы и сделали анонс, чтобы люди подтягивались — но пока медленно раскачиваются дело, однако некоторые выводы уже можно сделать по первому туру.

    С другой стороны, вполне вас понимаю — хочется не в час по чайной ложке, а р-р-раз — и прочитать пол книги, а то и всю :)) Но тогда смысла в конкурсе не будет, и автор не сумеет собрать читательскую аудиторию, да и сайту меньше пользы будет — кто-то за час прочитает страниц 30, а кто-то несколько глав будет читать три месяца — это неудобно обсуждать, тем более — дискутировать. Поэтому общим решением выбран именно такой объём, то есть по главе в неделю.

    Но если начало действительно понравилось и хочется узнать продолжение — то вы можете сразу приобрести электронную версию книги, коли цена в 120 рублей для вас не критична. Или подождать выкладки продолжения в воскресенье — выбор за вами в любом случае.

    Желаю всем отличного настроения и успехов на конкурсе — будьте активнее, задавайте вопросы, обсуждайте с другими участниками, дискутируйте — кто знает, кому повезёт в финале? :))

  13. Игорь:

    Владимир, правильно ли я понял, что император Ахав, апеллируя к темной стороне человеческой натуры, разбудил в ламирийцах такую жажду крови,что они вмиг забыли о милосердии и состраданию по отношению к своим вчерашним соседям и торговым партнерам кливийцам? Тогда можем ли мы утверждать, что люди злы по своей природе и только «мода» на добродетель да карающий меч правосудия удерживает их от неблаговидных поступков?

  14. Владимир Нащёкин:

    Игорь, очень важный и дискуссионный вопрос — тут на диссертацию можно отвечать и долго спорить, но я постараюсь вкратце :))

    Да, во многом соглашусь с вами — Именно Император разбудил в людях того самого «внутреннего Убийцу из эпиграфа» ради своих целей — в том числе, удержания власти и сохранения единства Империи.

    Но на мой взгляд, мы не можем утверждать, что все люди по натуре злы или добры — многие скорее нейтральны, пассивны, другие — хаотичны, их несёт течением от одного берега к другому, если не хватает силы воли сопротивляться Злу и Хаосу.

    Помните Райлина в эпизоде с Наместником? Так вот лейтенант из другой категории, он в чём-то по духу очень близок самому Императору, потому что пассионарен (хоть и не настолько сильно — и его пассионарность не циничная такая) — и эта сила воли дала ему шанс, попытку найти в себе внутренний стержень для сопротивления манипуляции. Как вы считаете, удастся ли ему это?

    А на другой стороне «баррикад» мы видим измученных кливийцев, которых бросают в ходе хитрой задумки Императора сражаться против своих же братьев — если они, конечно, не хотят быть растерзанными свирепыми скорпиуками, которых уже видели в деле. Но что мы видим? В отличие от зрителей-ламерийцев жители некогда свободной Кливии не требуют крови, не выплёскивают ненависть — они этого уже насмотрелись и некоторых, как ветеранов-кливийцев, от этого животного ужаса уже тошнит. Мы видим, как часть из них бежит на разъярённых скорпиуков вместо того, чтобы потешить самолюбие Арены и проливать кровь братьев — вот они сумели победить внутри убийцу, потому что поняли: лучше погибнуть человеком, освободиться от рабства животных инстинктов (см. Эпиграф), чем выжить, но стать полным заложником внутреннего Убийцы, марионеткой хаотических манипуляций.

    Возвращаясь к вашему сложному вопросу — люди не злы и не одноцветны, на мой взгляд изначально, а показывают, раскрывают в сложных ситуациях именно те качества, которые развивались и зарождались долгое время в душе. Или если таковых сильных качеств не хватает — людей заставляют показывать, выплёскивать из себя то, что выгодно более умным и циничным манипуляторам — как и произошло со зрителями.

    В этом плане мне интересно, как бы вы поступили, окажись:

    1. На месте зрителей?

    2. На месте лейтенанта Райлина?

    3. На месте окружённых кливийцев?

    Большое спасибо за включение в дискуссию и важный вопрос :))

  15. Артём Аргунов:

    Да, к слову, вопрос, действительно, поднят очень интересный!
    И ответ также заставляет о многом задуматься!

  16. Владимир Нащёкин:

    Артём, согласен! А как бы ты сам поступил на месте этих персонажей? 😉

  17. Анна У:

    По такому маленькому отрывку, просто не возможно предположить при чем тут крылья.Возникают много вариантов. А Павший Луч -это, на мой взгляд,название местности, где происходят эти события.

  18. Владимир Нащёкин:

    Анна — тепло, но не совсем. Там есть ма-а-аленькая подсказка, но где и какая — не скажу пока 🙂

  19. Анна У:

    Спасибо за подсказку.. Теперь, можно и подумать.

  20. Владимир Нащёкин:

    Анна — тс-с… я никому ничего не говорил. И вашпе — автор не может в своём конкурсе участвовать, нетути меня тути 🙂

  21. Игорь:

    Владимир,если я правильно понял, то, по вашему мнению, в человеке изначально присутствуют как темная, так и светлая стороны. Выбор на какую из них встать зависит от неких внешних сил, например таких искусных манипуляторов, как император Ахав, или влияния толпы. Можем ли мы тогда утверждать, что люди — это жертвы обстоятельств, от желаний и действий которых ничего не зависит?
    В свою очередь отвечая на ваши вопросы,на месте Райлина я бы выждал момент, когда контроль ослабнет и, собрав волю в кулак, уничтожил бы Наместника. Как известно, один не сильный, но точный удар может нанести ущерба гораздо больше, чем целая серия. Главное, правильно подобрать время и место.
    Если бы я оказался там, на арене, то не стал бы драться против своих. Помимо того, что никогда нельзя придавать своих боевых товарищей, это просто неразумно, особенно когда каждый человек на счету. Вместо этого я бы попытался разозлить скорпиуков и натравить их на жрецов и зрителей. Судя по описанию,наряду с чудовищной силой, эти существа отличаются крайней степенью злобности. Поэтому им все равно кого убивать. В создавшемся хаосе у кливийцев появился бы шанс на спасение. Если бы все оказалось напрасно, мне кажется, гораздо лучше героически погибнуть в борьбе с чудовищами, чем безвестно сгинуть в братоубийственной бойне.
    Наконец, если бы я был зрителем, то…. Честно говоря, я бы на такое представление просто не пошел. Не вижу ничего привлекательного в пролитой крови,жадно впитываемой песком арены, невыносимом смраде вспоротых кишок и леденящих душу предсмертных криках обреченных на бесславную гибель людей.

  22. Владимир Нащёкин:

    Игорь, во многом согласен с вами — и не просто присутствуют тёмная-светлая стороны в каждом из нас, на мой взгляд, но часто сотни и тысячи оттенков всех бликов и теней Павшего Луча, если можно так сказать — а также уровни, спектры и такие глубины этих сил, о которых мы часто и не догадываемся.

    А поэтому результат зависит не только от обстоятельств и манипуляторов, но и от нас самих — нашего выбора, качеств, целей и прочих переменных. Как вы сами честно ответили — сделали бы выбор в пользу кливийцев и попытались бы перенаправить ярость скорпиуков на самих палачей (собственно, как и получилось в эпизоде с не слишком расторопными жрецами). А это именно тот шанс, который я имел ввиду.

    Кстати, мой ответ близок вашему — но я бы ещё постарался узнать о слабых сторонах кольца Наместника или о возможности (если она есть) — перенаправить его силу на врагов.

    И раз уж пошла такая любопытная дискуссия — то как бы вы повели себя на месте самого Императора Ахава? Имею ввиду дилемму — не подавишь мятежников — потеряешь влияние и власть. Будешь слишком жестоким — погибнут в том числе и невинные люди

  23. Юлия:

    Павший луч-что-то упавшее на землю, что-то волшебное и приносящее хорошее. Император собирает осколки павшего луча, если я правильно поняла. То есть, получается, если собрать все осколки, то он получит для себя что-то очень нужное и важное. Я думаю, что название книги характеризует именно это нечто, возможно с помощью этого нечто приобретается сила, любовь всемогущество. Коряво объясняю, но надеюсь мысль понятна)

  24. Владимир Нащёкин:

    Юлия, интересная теория — пока вы первая, кто попытался связать Павший Луч, осколки и планы Императора вместе. Это плюс :))

    А как бы вы лично поступили на месте Райлина — в эпизоде с кольцом и на месте самого Императора с кливийцами?

  25. Юлия:

    Да, почему-то пришла в голову такая мысль, что это взаимосвязано. 🙂
    На месте Райлина я бы попробовала перехитрить наместника, сделав вид, что согласна, а потом как-нибудь обыграть его. Но полагаю, что у него нет такой хитрости и смекалки, во всяком случае первое впечатление говорит о том, что он прямолинейный, бесхитростный. То есть, я согласна с Вашим ответом на этот вопрос и ответом Игоря.
    С Императором сложнее… не могу представить себя на его месте. Скорее всего, отправила бы мятежников на общественно-полезные работы-сооружать полезные постройки, делать тяжелую работу. Но, боюсь, народ того времени меня бы не понял, т.к. им нужны зрелища.
    Кстати, думаю, что император хочет завладеть всеми мирами, а это у него получится, если он соберет все осколки. Которых, скорее всего 7 🙂 Как цветов радуги.

  26. Юлия:

    Кстати, очень интересно, куда стала таять арена? Владимир, хотя бы намекните? 🙂

  27. Владимир Нащёкин:

    Юлия, там всё взаимосвязано — и некоторые связи я лично «узнал» только во время работы над второй книгой, другие уже ждут в третьей (черновике), если она таки выйдет, а некоторые ещё спят, видимо, ожидая событий, которые их разбудят и выманят из берлог запахом новых приключений :))

    Да, но с кольцом Наместника не всё так просто — образно говоря, сила Зачарованной Игрушки примерно 500, а Воля Райлина, при всём его опыте боёв и сражений — около 120-130, то есть куда выше чем у простых обывателей и зрителей, приходящих в экстаз от первых же слов Императора, но явно недостаточно, чтобы разорвать поводок. Он как собака — дёргаться и рычать ещё может, но с каждым разом ошейник затягивается всё сильнее. Что называется — попал вояка.

    **А сколько Осколков всего — пока сам понятия не имею точно. Но могу уточнить, что Орден Радуги — не главный, их в мирах Павшего Луча — как грибов и ягод на огромной лесной поляне, и каждый со своей историей, членами, целями и влиянием на сюжет — в будущем. Например, читатели в первой книге познакомятся ещё с двумя Орденами. И первый из них гораздо могущественнее Радужного (см. сон-видение Миа). Так что — время покажет :))

    ***А как бы вы повели себя на месте зрителей и самих кливийцев? Или… скорпиука, если бы вам дали возможность часок побыть такой зверушкой?

  28. Юля, так Арена же… приснилась Миа — как начало её видения. Не зря же она так впечатлилась золотыми монетами и представляла в воображении птиц из пролога :)) Но тут додумать можно по-разному

    **Так что не всё так просто в Датском Королевстве — то бишь, в мире Павшего Луча.

  29. Юлия:

    Да, Владимир, я уже поняла, что в книге не все так просто и различные связи переплетаются, как кружево.
    Интересные вопросы 🙂 Будь я зрителем того времени, я бы вела себя также, как и остальные. Но если брать меня сегодняшнюю, я бы не пошла смотреть на такое-не терплю несправедливости. А если помочь кливийцам ничем не могу, то зачем доставлять удовольствие Императору?
    До ответа Игоря, я предположила, что им придется драться до конца с чудовищами. Я бы так и сделала. Но ни в коем случае не со своими же! Для меня, если бы я победила своих собратьев, жизни бы потом не было от позора и стыда. Так что, «Один за всех и все за одного!» 🙂
    О..скорпиука… Я бы всех сожрала!!!)))) А то поесть не дали, гонят тут с теплого насиженного места, да еще наносят болевые удары своими пуколками. Обидно!:) А если серьезно, то уйти назад в тепленькое гнездышко мне бы врядли дали…Наверное попыталась бы помочь кливийцам, устроив переполох. Но опять таки, эти маги с феерверками меня бы тут же поджарили.Так что, наверное унесла бы плохих дядей сколько сумела бы с собой на тот свет.

  30. Юлия:

    А, да, я сначала этого не поняла… Тогда, возможно, ей приснился вещий сон. Либо будущее, либо настоящее. Мне так думается.

  31. Юлия:

    Владимир, надеюсь, что Ваша третья книга увидит свет! От всей души Вам этого желаю! Творческих успехов и вдохновения Вам!

  32. Спасибо! А выход третьей книги будет зависеть от успеха первых двух 🙂

    **Я бы на месте скорпиука попытался паутиной поймать кого-то из знати, взять в заложники и постараться вызвать переполох. Или сломать ограду и выпустить рабов — что-то в таком духе. Только жаль, что скорпиуки пока не летают и не сигают аки серны по ярусам Арены

  33. Юлия:

    Я уверена, успех будет! Мне кажется, надо распространить информацию о Ваших книгах побольше, например, в социальных сетях. Чтобы как можно больше людей узнали о Вашем творчестве, особенно, фанаты фэнтези. Но это Вы и без меня, думаю, знаете 🙂
    А о том, что бы я делала на месте скорпиука я исходила из его возможностей 🙂 И даже не подумала помечтать…

  34. Юля, это мы увидим после конкурса — что он даст. А я буду вам благодарен, если пригласите к нам друзей или расскажите о книге любителям жанра

  35. Владимир, Ваша просьба выполнена 6) А то что-то не интересно с самой собой соревноваться..))

  36. Юля, спасибо — тогда если им не трудно, пусть отметятся в теме 🙂

  37. Владимир, это уже будет зависеть от самих людей, кто прочитает пост о конкурсе. Кто заинтересуется. Я вот заинтересовалась, а другие-посмотрим 🙂

  38. Юля, а вас лично что именно в книге заинтересовало и любите ли вы фэнтези?

  39. Если брать все три отрывка, то заинтересовал второй. Именно девочка и волшебство, которое с ней приключилось. Я подумала. что если танцы волшебных существ огромная редкость и увидеть их может далеко не каждый, то эта девочка необычная и с ней будут происходить различные занимательные приключения. Это меня заинтересовало. 🙂 Всегда любила фантастику, но фэнтези тоже входит в в круг моих предпочтений. Например, очень люблю А. Белянина — «Ааркх», «Богдадский вор», «Меч без имени». А что предпочитаете читать Вы?

  40. Сапковского «Ведьмак», Перумова «Гибель богов», «Волкодав» Семёновой — но первые книги, дальше затянуто пошло. Ещё Пехов порой радует, его циклы «Страж» и особенно «Искры» в целом любопытны и есть над чем задуматься — так что рекомендую.

    **А Ведьмаком так я сам вдохновлялся при написании и задумке этой истории, как и «Тёмной башней» старины Кинга

  41. О, а я это все читала! 🙂 Кроме Чехова… Спасибо, обязательно прочту. У меня есть целая библиотека на 320 гб. Иногда что-то удаляю, иногда пополняю новыми книгами.

  42. Здорово! А я всё-таки больше люблю с бумаги читать, особливо крупную прозу, вот хочу роман после того как улягутся эмоции от второй книги перечитать на бумаге и сравнить — как оно? 🙂

    Кстати, как вам «Ведьмак»? Крылья сильно уступают по эмоциям и накалу, есть ли, на ваш взгляд, у нас общее в романах?

  43. Думаю, не важно, как получать информацию, главное, чтобы она доходила до сознания.
    Владимир, Вы меня застали врасплох… Я так давно читала эту книгу, что уже смутно помню, что там происходило. Пожалуй, я прочту ее еще раз 🙂 Да и потом, я же не читала еще Вашей книги и могу сравнить лишь по маленьким отрывкам. Кстати, когда 4 отрывок?

  44. Юлия, бывает — врасплохи моя вторая специальность 🙂

    4-й отрывок — ещё вчера прилетел. Как обычно, новые главы появляются каждое воскресенье.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

top